Ричард Султанов: наступает конец «Швейцарии Ближнего Востока»?

Ричард Султанов: наступает конец «Швейцарии Ближнего Востока»?

На протяжении 50 лет банковская система Ливана считалась одной из самых надежных и имела отличную репутацию. Даже несмотря на многочисленные конфликты и гражданские войны, банкам удавалось оставаться конкурентоспособными. Банки Ливана активно развивали услуги private banking для так называемых high-net-worth individuals (лиц со сверхкрупным чистым капиталом. — Примеч. автора). Одной из причин доверия к банку было отсутствие контроля за движением капитала. В целом страна придерживалась очень либеральной экономической политики.

«Швейцария Ближнего Востока» – так называли Ливан до недавнего времени. Однако начиная с конца прошлого года ситуация начала стремительно меняться. Что же послужило причиной резкого изменения ливанской экономической системы? Есть ли будущее у банковского сектора Ливана? Мы обсудили данную весьма интересную тему с экспертом в сфере финансов и экономики Ричардом Султановым.

Ричард Султанов получил экономическое образование в одном из лучших университетов США, позже продолжил обучение в одном из наиболее престижных экономических университетов Великобритании. Работал в ряде крупных международных компаний, включая Brunswick Rail, одной из крупнейших частных лизинговых компаний России с многочисленными международными инвесторами, включая EBRD, Sumitomo и IFC. Также Ричард Султанов уже много лет занимается финансами, работой с инвесторами, аналитикой рынков и макроэкономикой.

Что сейчас происходит в экономике Ливана?

Ричард Султанов: Мы мало слышим про развитие данной ситуации, но эта история, несмотря на небольшой размер страны, действительно значимая. Сейчас в Ливане жесткий экономический и банковский кризис. Экономика Ливана имеет высокую степень долларизации и сейчас практически парализована из-за отсутствия долларов. Этот кризис начался еще в прошлом году. Общий макроэкономический кризис в стране начался примерно 8 лет назад, но только сейчас перекинулся на банковскую сферу. У Ливана огромный объем государственного долга — более 100 млрд долларов США по оценке Международного Валютного Фонда. По этому показателю Ливан входит в тройку наиболее закредитованных стран мира. Соотношение объема долга к ВВП в настоящее время превышает 150 %.

Экономика Ливана падает уже долгие годы. На это много причин: общая политическая и экономическая нестабильность, существенный уровень безработицы, наплыв беженцев из-за вооруженных конфликтов в соседних странах. Для возрождения страны после многочисленных войн правительство существенно снизило налоги и начало активно занимать средства на международных рынках. Это привело к большому дефициту бюджета. По сути, для выплаты предыдущих долгов и процентов по ним правительство Ливана занимало деньги, превращая процесс финансирования государства в замкнутый круг. Международные рейтинговые агентства только за прошлый год несколько раз понизили кредитный рейтинг страны. Присутствует реальный риск дефолта. В конце ноября прошлого года, чтобы недопустить этого дефолта, правительство страны произвело выплату в размере 1,5 млрд долларов США по Еврооблигациям. Но это снизило резервы национального банка до 5 млрд долларов. Хотя официальный курс ливанского фунта официально фиксирован к доллару США, фактически в стране — серьезная нехватка долларов. В связи с этим образовался черный обменный рынок. Неофициальный, но реальный курс ливанского фунта на 30 % превышает установленный Центробанком курс.

Интересно! А что происходит в известном некогда банковском сектора Ливана?

Ричард Султанов: Да, действительно, некогда банки Ливана считались очень престижными и надежными. Это было совсем недавно, и как раз поэтому развивающаяся история столь интересна.

Ливану удалось построить банковскую систему с мировым именем. Банки предлагали услуги высшего класса, умели работать с клиентами, был строгий контроль за банковским сектором. Открытая экономика с фиксированным курсом местной валюты к доллару способствовала надежности и росту банковского сектора. Люди со всего мира доверяли деньги ливанским банкам. Последние же завлекали клиентов очень щедрыми процентами, предлагая иногда более 10 % годовых в долларах. Потом банки одалживали эти средства правительству в форме покупки государственных облигаций. Получался очень прибыльный и практически защищенный бизнес.

В конце прошлого года банки закрылись на целую неделю, так как в стране были массовые волнения и была угроза безопасности сотрудников. Люди начали активно снимать свои сбережения. Только за ноябрь прошлого года было снято почти 4 млрд долларов США. Это огромная сумма для экономики такой небольшой страны. После открытия банки ввели ограничения на снятие долларов – всего 1000 в неделю. Некоторые банки снизили эту сумму до 200-300 долларов. В некоторых банках долларов и вовсе нет. Переводы за границу разрешаются только в неотложных случаях. Одновременно ввели ограничения на снятие местной валюты — ливанских фунтов.

Интересно отметить, что эти меры ограничения движения капитала носят неформальный характер, так как само правительство страны не вводило никаких лимитов. C точки зрения местного закона данные формы контроля несанкционированны и противоречат конституции страны. Мне кажется, для клиентов банка разница между де-юре или де-факто не имеет никакого значения. Доступ к их средствам ограничен, и будущая сохранность их капитала под большим вопросом.

Какие возможны варианты развития ситуации?

Ричард Султанов: Сейчас сложно говорить, что именно произойдет. Но что-то значительное обязательно должно произойти. Экономика Ливана фактически заморожена и близка к краху. Без мер стабилизации и внешней помощи не обойтись. Сейчас обсуждается возможный пакет помощи в размере 25-30 млрд долларов от Международного Валютного Фонда. Также возможна реструктуризация внешнего долга Ливана. Скорее всего, будут введены официальные меры ограничения за движением капитала, иначе люди просто снимут все деньги и произойдет полный коллапс банковского сектора. Однако необходимо отметить — многие эксперты в сфере макроэкономики считают, что контроль за движением капитала имеет много негативных последствий. Замедляется экономический рост, падает доверие к банковской системе. Последствия введения таких ограничений действительно непредсказуемы. В некоторых случаях данные меры спасли страны от краха, в других случаях — сильно навредили и подорвали доверие.

Также сейчас обсуждаются и другие потенциальные сценарии. Например, обязательный bail-in для крупных вкладчиков, как в ситуации, произошедшей на Кипре, когда сумма вклада свыше определенной планки конвертируется в капитал (акции) банка. Другой вариант развития ситуации – принудительная конвертация вкладов в обесценивающиеся ливанские фунты, частичная или полная невыплата процентов по вкладам и так далее. Все это, безусловно, негативно скажется на вкладчиках банков.

Повлияет ли данная ситуация на долгосрочные перспективы банкинга в Ливане, его привлекательность для состоятельных клиентов со всего мира?

Ричард Султанов: Думаю, да. Потенциально негативное развитие ситуации может поставить под угрозу существование банковского сектора Ливана. Репутация в банковской сфере строится десятилетиями и даже веками. Если один раз правила игры изменились, значит, они могут измениться и в будущем.

Источник информации: http://mockwa.com/news/company-4406/

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.